Продавец живых бабочек

{посвящается М.}

Видимо, это очередной апокалипсический сюжет, но, всё же, картина представлялась именно так. Старые города незримо, медленно, как ход солнца, превращались в пустыни. Сумасшедшие при помощи вина пытались вернуть себя к реальности, но реальность ведь тоже не робкого десятка – ускользала от них. Последний сборник стихов был продан в уже закрывшемся ныне книжном магазине двадцать восемь лет шесть месяцев один день и четырнадцать часов назад. На оставленных стройках в бури – флюгерами крутились ржавые строительные краны. Люди фотографировались на фоне выбросившихся из воды китов, выпавших из окон кошек, крыс, бегущих с тонущих кораблей. Мир сократился до размеров кадра, а кадр разросся до тех пределов, в которые не каждый уже хотел бы попасть.

Вы подумаете: кто же будет покупать бабочек на краю бездны? Ведь нельзя же всерьёз подумать, что они поднимут человека на своих робких и хрупких крылышках и над этой бездной пронесут, попутно слабыми взмахами задувая пожары мировых революций?..

Тонкие крылышки подрагивали от малейшего колебания воздуха. Бабочки удобно расположились в распахнутом чемодане, крепко вцепившись в укреплённые в нём нефритовые кольца своими нежными лапками. Одна – сидела как попугай у него на плече, на его яркой цветастой рубашке, и уже обезнадёжившись найти на ней настоящий цветок, и просто переминалась с ноги на ногу. Конечно, ни у кого из них и в мыслях не было бежать: где им ещё найти живые цветы теперь, как ни у Продавца.

Подвязывая шёлковые ленточки, не позволявшие бабочкам ускользнуть от их новых хозяев, он сидел и думал о своём, в ожидании покупателя. И покупатели подходили. Здесь, на краю пустыни, среди беспросветной дали, среди стад жующих овец, среди редких, но ярких как искры умалишённых, находились и те, кто готов был купить бабочку. Кто они? Те, у кого, как и у самого Продавца, ещё жива тяга к красоте, невзирая ни на что? Те, кто помнит, как модно было покупать бабочек столетия назад? А, может, для кого-то в этом маленьком хрупком, однодневном и прекрасном существе сошлись все накопленные им самые сокровенные представления о прекрасном, светлом и чистом?

Порой, приходили влюблённые и покупали бабочек в подарок друг другу. В таком случае Продавец сажал бабочек в пирамидальный стеклянный саркофажек, на дно которого клал живой цветок, запас которых всегда был у него за пазухой. Иные даже удивлялись, откуда же можно было взять сейчас, здесь, у края пропасти, живые цветы: «А у вас есть живой цветок для каждой бабочки, из тех, что есть здесь?» — «Конечно, — без тени стеснения отвечал Продавец, — даже несколько больше».

Цветы ведь теперь не дарили. Не то чтобы они были под запретом, просто их не было, либо их очень хорошо скрывали. Даже у продавцов бабочек их в основном не было, поэтому бабочки продавались мёртвыми. Люди как-то привыкли жить без цветов, или пользовались искусственными, не задумываясь, что без них мир переставал быть. Потому само по себе появление в продаже живых бабочек, к каждой из которых специально прилагался живой цветок — казалось чем-то невероятным, а один золотник, давно сравнявшийся в цене с медной копейкой, оказывался платой вполне символической.

Иные — те, кому было в сущности не важно, живы ли бабочки или мертвы, — приходили сюда, к этому продавцу даже скорее за цветком нежели за украшением, которое к нему прилагалось. Но продавцом живых цветов Продавца не считали: он ведь отдавал их в придачу, даром. От этого-то цветы и обретали такую ценность.
Итак, здесь, у края пропасти, среди пустеющего незаметно для его обитателей мира, каким-то образом теплилась жизнь: кто-то покупал бабочек, кто-то приходил чтобы хоть одним глазком взглянуть на живые цветы. Сам же Продавец в минуты покоя часто отворачивался и смотрел вдаль, на тот край пропасти, который даже в ясные дни был скрыт лёгкой завесой тумана. Где-то там, в этой невероятной дали, он и брал свежие цветы, каждый день преодолевая это расстояние по несколько раз. Там был его дом, где он проводил меньше времени чем в дороге, и всё то немногое, что было дорого ему.

Покупатели приходили и уходили, иной раз даже пожимая Продавцу руку. А он смотрел им вслед и всё спрашивал себя: что за мир вокруг? Где-то на линии горизонта мирно обедают лангольеры, а здесь, будто на островке прекрасного, ещё теплится жизнь, и вот-вот запоют соловьи.

26.03.2016, 08:46

Один комментарий

  1. MaxButler пишет:

    Шикарно. :)

Оставить комментарий

Почта (не публикуется) Обязательные поля помечены *

*

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>